Философия красоты

Время современного искусства немного сдвинуло сознание как творческих людей, так и зрителей в плоскость некой жесткости форм, художественных поисков, нестандартности решений подачи, порой не всегда понятных с первого взгляда. Возможно, требования динамики развития… Или же изменения ракурсов восприятия окружающего мира… Но желание видеть красивые и глубокие линии отменить невозможно. Тем более, когда представлены они в сюрреалистическом исполнении.
Мехрибан Эфенди – художница, завоевавшая признание и любовь во многих странах мира. Ее работы невероятно востребованы, а награды имеют внушительный список. Она не оборачивается на критические замечания, а лишь открыто улыбается в ответ, передавая в своих полотнах невероятное сочетания цветов, направлений, смыслов, ставя лишь одно условие – искусство должно дарить радость…

МЭ11

М.Э.: …Подходить к холсту без настроения или, еще хуже, в дурном состоянии души совершенно противопоказано. Холст всегда «запоминает» момент «общения с художником» и именно эти эмоции будет «транслировать» на зрителя. В моем случае, за кисти я берусь в неком состоянии транса, когда все житейские проблемы остаются где-то далеко, а я сама словно перехожу в параллельный мир. Сказать, что это происходит специально, я не могу. Скорее это удобное состояние для творчества.
— Заметно. Ваши картины можно отнести к миру мистики, эзотеризма…
— Именно так и есть. Замечу, что заниматься художественным творчеством на профессиональном уровне я стала довольно-таки поздно. Моя мама категорически была против такого выбора жизненного пути. Но рисовала я с детства. И, в основном, мало похожее на «стандартные линии», они передавали нечто, о чем ребенок не должен помышлять. Помню, моя первая учительница рисования часто призывала меня «остановить мысли», и в случае, если я действительно решила связать свою дальнейшую судьбу с холстом, то для начала должна научиться «классике». Ко всему прочему, по её мнению, необходимо было повзрослеть, чтобы более ясно передавать то, что пыталась изобразить.
— Значит, классическое образование всё-таки необходимо?
— Безусловно! Непременно надо его получить и научиться пользоваться «основой». Именно на этюдах, выполнении стандартных заданий набиваешь руку и знакомишься с правильным подходом и «укладыванием» линий, краски, мазков и т.д. Можно перефразировать на язык журналистики: чтобы грамотно говорить, мало знать азбуку, необходимо читать много литературных произведений, которые развивают интеллект и, соответственно, речь, умение вести диалог, высказывать мысли.
— Но ведь в этот период внутренние «конфликты» случались?
— Ещё какие! И не только внутренние! Случалось так, что мои преподаватели не понимали моих исканий и то, что я пыталась выразить в своих рисунках. Мне задавали вопрос о том, кем же хочу все-таки быть? Он меня тогда возмущал, ведь я уже училась в художественном училище Азимзаде, и намерение моё было очевидно. Помню, как-то занизили оценку, так как допустили мысль о неоригинальности рисунка.

МЭ6
— Ваши работы действительно перекликаются с восточными художественными миниатюрами. И доказать собственное авторство…
— …очень сложно было. Я до сего дня сталкиваюсь с такими моментами. Была выставка, которую сопровождали жаркие споры. Кстати, она была моей первой персональной, которая проходила в Ташкенте в рамках Интернационального фестиваля фильмов Африки и Южной Америки, куда я попала совершенно случайно. Ответственные лица, ознакомившись с моими работами, решили, что непременно надо выставить их отдельным вернисажем. Я была совершенно неопытна на тот момент и не представляла, какой резонанс вызовет такое «наглое поведение» у маститых. И пережила огромное множество нелицеприятных замечаний, почувствовала на себе, что такое обида коллег по художественному цеху.
— Наслышана, что художники – люди весьма эгоистичные и обидчивые.
— Нельзя так говорить обо всех, но сам такой факт отрицать нельзя. Впрочем, творческие люди неотделимы от чувства значимости. Это можно объяснить наверняка тем, что само понятие творчества направлено на широкую аудиторию, и признание публики — та самая высота, за которую борются люди искусства. И вдобавок, мы пытаемся учить окружающих через красоту, рассказать о хрупкости и переменчивости мира. А учителя всегда хотят, чтобы их слушали, или услышали. Но опять-таки, все индивидуально. Мне комфортнее быть открытой и не замыкаться. Или же не отвлекаться на пестование собственной значимости. Лучше это время посвятить краскам.
— Ваша мастерская наполнена красками.
— Спасибо за такую оценку. Мне она приятна. Ведь здесь также мой творческий дом. Те, кто попадают в его стены, а таких не так уж и много, всегда отмечают энергетику, что наполняет это пространство. Отмечают, что комната напоминает мой характер. Но ведь не может быть иначе! Стараюсь никогда не приносить сюда негатив, оберегаю свою мастерскую от всего, что может хоть как-то повлиять на состояние души. Мне нравится окуривать её благовониями, зажигать свечи, находиться в ауре приятной негромкой музыки. Был период, когда занимала определенную должность на киностудии, и это сопровождалось некоторыми нервными моментами, которые естественны на пути к исполнению тех или иных задач. И чтобы не нести сюда отрицательность, практически даже не заходила в неё. Ко всему прочему, я привыкла выдавать 100-процентный результат на любом поприще. Наступил момент, когда отдел, за который я несла ответственность, стал вытеснять из моей жизни творчество, не оставляя времени на него. И тогда я приняла решение оставить должность и перейти на более «спокойную позицию». Без рисования себя не мыслю. Таким образом, выражаю свое «я».


— Ваша работа над сериалом «Ailəmiz» наталкивает на мысль, что людей вы видите в цвете.
— Есть такой момент. Каждый из нас несёт определенную энергию, которую можно попытаться передать цветом. Иногда даже лишь по голосу могу отнести собеседника к той или иной цветовой гамме. Вот вы у меня ассоциируетесь с солнечным светом. Главное в человеке – улыбка. Именно она окрашивает наш мир. Конечно, нельзя улыбаться 24 часа в сутки. Жизнь диктует свои правила, условности… Обстоятельства порой складываются не лучшим образом, и люди редко стали улыбаться. Иногда напоминают роботов. Стало мало настоящего. Понятно, что наше сегодня проходит в достаточно жёстких рамках, но терять свою человечность? Разве погоня за материальным достатком стоит деградации в низшую ступень? Никакие денежные эквиваленты не заменят духовность.
— Может, потому вы создали некую личностную нишу?
— Думаю, такая форма спасения присуща многим людям. Мы стараемся исправить ситуацию хотя бы применительно в «малой форме», создаём окружение, заполняя его людьми, подобными по духу и мировоззрению собственному. И главное, что в этом нам помогает сама жизнь. Известно, что подобное притягивает к себе подобное, и мы знакомимся с теми, кто «заполняет пустоты». И все наши встречи неспроста. Случайностей не бывает! Наши мысли — сильнейший активатор происходящего: желаете красоты, позитива, искренности вокруг – настройтесь, и обязательно получится!
— Но ведь также никто не отменял постулата о конечности всего.
— Да, возможно, наступит время, и люди, которые составляли часть твоего мира, убудут. Терять всегда больно. Душа «царапается об осколки». Но надо сменить акцент восприятия и понять, что взаимоотношения людей, словно вода, что совершает круговорот в природе. Ничего не уходит просто «в песок», мы обогащаемся как сами, так и люди, бывшие рядом, уносят с собой что-то новое, впоследствии даря и делясь им с другими. Вот такая возникает цепочка… Жизнь всё-таки старается нас научить не цепляться фанатично за что-то, теряя силы. Этот процесс скорей всего необходим, чтобы мы «освобождали место» для очередных знаний. Мы часть природы, и единственное условие – стоять крепко на ногах, словно деревья: гнуться, но не ломаться, терять листву, но вновь по весне покрываться почками.

Spase integration.jpg_result
— Вам как художнику знакомо это чувство…
— Конечно! Одно время я не расставалась со своими работами, стараясь хранить их рядом. Потом пришло осознание необходимости уметь дарить их людям. Безусловно, не каждому, но тем, кто «звучит с тобой в одной тональности». Тем более пример Саттара Бахлулзаде был перед глазами. Всевышний дает художнику некое понимание, ощущение, энергетический заряд. Результатом просто необходимо делиться!
— Часто в разговорах с художниками слышу фразу о том, что надо работать. В моем сознании это понятие совершенно не вяжется с творчеством.
— Знаете, а вы правы! Нельзя создавать прекрасное из «надо». Я предлагаю заменить «работу» на «труд». Именно о нём и говорят люди искусства. Без труда не получится отменный результат. Да и художник без него не состоится. Каким бы талантом или же даром ты ни обладал, без ежедневной работы над собой творческий человек не случится как профессионал, создающий технически грамотные произведения. Но заставлять себя браться за кисти в момент опустошенности? Нельзя ни в коем случае. Мы не просто изображаем тот или иной предмет. Художник показывает собственное видение через собственные эмоции. Душа, словно колодец, подпитывающийся подземными водами и исчерпавшись, не утолит жажду. Без богатого внутреннего мира, интересного «я», духовного содержания сказать что-то зрителю не получится. А фраза: «Я ищу тему, вдохновение» — не по мне. Слушать свои душу и сердце – главные источники творческого посыла, основу искусства и художника.
— А что по поводу кризисов?
— Как же без них?! Но без крайностей, когда хочется крушить все вокруг, включая полотна. Если мучает сила разрушения, займись чем-то отвлеченным: отправься в бассейн, побоксируй, отправься на природу. Много чего можно придумать, чтобы «скинуть» негатив. Говоря обо мне, в момент возникновения кризиса или неудовлетворенности я стараюсь оказаться наедине с природой, от которой заряжаюсь словно батарейка. Прикоснитесь к дереву, застыньте рядом, постарайтесь унять внутренний диалог с собой и почувствуете огромный заряд. Откройтесь навстречу тишине, особенно утренней… Перерождение души гарантировано. Нет возможности выехать — окунитесь в музыку, посмотрите любимый фильм… Человек — единственный кто портит себе все сам. И никто кроме нас не исправит ситуацию. Не прилетит волшебник на вертолете, нет! Нельзя отделять ментальность от физического. Мысль имеет способность материализовываться, а, следовательно, лишь наш настрой в ответе за наше внутреннее состояние души. Замечательный способ справиться с накатывающейся депрессией, принять ванну и зажечь свечи…
— Кстати, о свечах! На мой взгляд, именно естественный свет и тепло свечей стали частью невероятной силы полотен художников прошлых столетий.
— Вполне вероятно. Отсутствие «даров цивилизации нашего времени», минимальный доступ к широкой информации оставляли время для размышлений, осознаний, исканий. Той самой работы над собой, уже упомянутой нами. В конце концов, сам процесс путешествия был познавателен для творческой личности, стремящейся к новым горизонтам, в буквальном смысле. Сегодня достаточно сесть за компьютер, освоить специальные программы — и пожалуйста, очередной «шедевр» от очередного «гения» на подходе. Хотя сразу оговорюсь, что и в этой области есть огромные возможности для творчества. Тем более, в моей практике был такой период. Веяния и требования времени отрицать глупо. Но, всё-таки, электрический свет можно назвать неживым, искусственным. Пламя свечи, как говорят, имеет огромную силу очищения. Недаром практически все ритуалы сопровождаются зажжением свечей. Огонь… разве есть что-то сильнее его силы, заключающей в себя как созидание, так и разрушение?

10834013_10152893738159732_1945084646_n
— Также как и воспитание, которое имеет полярность.
— Без этого, увы, человечество не существует. И «плюс с минусом» сопровождает его на протяжении всего развития. Может, именно борьба противоположностей и двигает прогрессом, включая мир искусства? Заметьте, и оно развивается периодами, имеет свои взлеты и падения. Духовность также переживает про- и регресс. Все начинается с примера, который видит перед собой следующее поколение. Но захочет ли оно учиться на нем? К сожалению, во все времена отрицательность всегда была более привлекательна, ибо не сопряжена с работой над собой. Возвращаясь к миру творчества, отмечу, что леность ему присуща. Хотя, и в этом есть свой смысл, когда в момент кризиса лучше устроиться уютно на диване с книгой, чем пытаться что-то «выжать из себя» на холст. Труд над собой – штука тяжелая и, на первый взгляд, незаметная посторонним. Но потом, пожиная плоды, испытываешь огромное чувство удовлетворения. А для этого надо иметь перед глазами хороших учителей, и не только тех, кто чему-то тебя учит. Даже простое доброе слово, правильный совет дают положительный заряд. Умение и желание общаться, способность делиться мыслями двигают на путь, способный привести нас к правильным целям. Кто-то может сказать, что я идеалистка и, возможно, ошибаюсь, декларируя такой подход, но это мой опыт и результаты уроков жизни, которыми с радостью делюсь. Учиться на ошибках других – не есть показатель собственной несостоятельности.
— А собственные «шишки»?
— Они прекрасны, ибо нельзя без них научиться ходить. В конце концов, оградить себя от «шишек» невозможно. Мы познаем мир через них. Они формируют наш жизненный опыт, приобретенный на пройденном пути. Людей, которые вырастают в тепличных условиях, а таковые существуют, можно назвать фарфоровыми. Думаю, подобное воспитание — перегиб. Им сложно. Порой, есть вероятность прямой опасности. Бояться всего, стараться оградиться от влияния внешнего мира – глупо, по меньшей мере. Иначе ведь тогда ничего не увидишь вокруг себя, не узнаешь саму жизнь.
— Каково это — выходить на «большую дорогу»?
— Не скажу, что мне было не страшно. Все неизведанное таит в себе опасность, как физическую, так и духовную. Но именно тогда формируется характер человека. В моей жизни была киноэкспедиция в Казахстан, когда мы жили в условиях необитаемого острова. Цивилизация отсутствовала на многие километры вокруг. И однажды я случайно осталась совершенно одна на берегу искусственного озера. Или же, тогда же, пришлось бегом за режиссером пересекать местность, буквально кишащую змеиными гнездами. Произойти могло что угодно. Но все в руках Всевышнего, и если чему-то суждено произойти… Просто желательно надо принимать во внимание факт неотвратимости. Но испытывать судьбу?.. Осторожность – она всегда приветствуется, но, опять-таки, без фанатизма.
— Вот мы и подошли к еще одной вашей сфере деятельности – кинематографу, которую я бы также отнесла к творчеству.
— Только в более жесткой форме. Часто слышу вопросы о том, что даёт мне работа в мире кинематографии? Однозначно ответить сложно. Различные проекты, разные режиссёры, разнообразные по форме задачи, актеры, несущие отличную друг от друга энергетику… Словно некая подпитка для поддержания собственной творческой формы. Состояние готовности в любой момент выдать «готовый продукт». Это не означает, что процесс подготовки совершенно отсутствует. Мне необходимо, конечно же, время для обдумывания, когда я могу закрыться в мастерской и оставаться в одиночестве. Переходить из состояния одной ипостаси в другую стало для меня привычным. Не буду скрывать, в какой-то момент я пыталась ограничиться в одном направлении: только кино, только мода, только компьютерная графика, только рисование. Но и это не пришлось по душе. Я словно обкрадывала саму себя, упуская что-то более важное. Прежде всего, я – художник. Все остальное – приложение. Опять-таки, на мой взгляд. Но и работая в других направлениях, остаюсь той, кем я есть. Даже позволяю отказываться от тех или иных кинопроектов.
— Вы любите костюмные фильмы или же?..
— Обожаю костюмные фильмы! Там есть где разгуляться творческой фантазии. Хотя если предлагают исторические, сразу уточняю возможность преподнести их сквозь призму своего взгляда, а не создавать копии. Создавать просто костюмы, без художественной составляющей – скучно. Должна быть харизма в фильме. И немного сюрреализма. И обязательное отношение режиссёра к своей работе. Его старание «раскрыть» фильм. Яркий пример удовольствия от работы – фильм «Абсурдистан».
— Может, вам больше подойдет работа с детьми-актерами?
— Может быть, но вы просто не представляете, сколько есть актеров, сохранивших пластику души. Из них, как из пластилина, можно лепить всё, что необходимо в работе. Уже примеряя костюм, они буквально перевоплощаются, перетекая из одного состояния в другой. Сложно работать с «монументами», вызывающими огромное желание взяться за резак скульптора. Я иду туда, где могу получить удовлетворение от работы, параллельно открывая какие-то новые грани, даже в себе самой. Критерий выбора: созвучно или нет. Словно сама становлюсь пластилином, принимая необходимую форму. Будь то реклама, клип, короткометражка…
— И при этом нет ощущения «мелкого»?
— Ни одну творческую форму нельзя измерять такими критериями! Каждая работа несет определенный посыл. С так называемой «малой формой» ещё сложнее, из-за жестких временных рамок. Результат зависит от усилий и слаженности всей команды на проекте и четкого направления, исходящего от режиссёра.

МЭ3
— Ваши картины наполнены буйством красок.
— Я не люблю серый цвет. Он убивает живое. Хотя и из него можно что-то сотворить, но… Это цвет пепла. Казалось бы, коричневый не самый приятный, однако он несёт в себе нечто близкое к земле. В моих работах есть этнические направления множества народов, глубину и суть которых я стараюсь передать полностью.
— Но и техника подачи невероятно мелкая и сложная.
— Поэтому меня любят компьютерные художники. Им близка техника, используемая мною, ибо «не ломается» при переводе в большие размеры, несмотря на мелкие детали рисунка…
— …которые, по идее, должны забирать много времени в процессе вырисовывания их художником.
— Действительно, из-за изобилия мелких деталей рисунка, каждая работа требует и времени, и внимания. Некоторые сравнивают мой труд с работой ювелирного мастера. Это не просто кривые линии. Никогда не сяду за холст с дурными мыслями. Но настроение они будут нести то, которое испытывается в тот момент. Главное, чтобы было приятно глазам, душа отзывалась на красоту.
— Но понятие красоты нивелировалось.
— Классическое понятие красоты, к сожалению, уже ушло. Можно обманывать людей какой-то период, но быть готовым, что однажды придет тот же ребенок и озвучит правду. Или же кто-то не побоится пойти против навязанного мнения о гениальности художника, чьи работы на данный момент превозносятся. Сегодня художники во многом зависят от менеджмента, как ни грустно это звучит. Именно менеджеры от искусства создают и «убивают» Имена. Лишь время всё расставляет на свои места. И художник должен помнить об этом. Быть честным – основа основ. Искусство — это боль, и художники без неё не существуют. На холст выносится то, что происходит в душе. То, что будоражит и терзает твой внутренний мир. И профессионализм, над которым надо трудиться изо дня в день. И главное — не бояться показывать свою реальность в картинах. Никто не знает своего «завтра». Мы можем лишь предполагать, но как распорядится Всевышний? Бог даёт судьбу. Но становиться фанатиком, становясь апологетом единственного чего-то, значит, потерять себя. Я уважаю все религии. Мне близка йога, которая напрямую связана с единым человеческим состоянием. Многие из нас открыты к божественному, но собрать себя… Я пытаюсь передать некие знания и информацию о единости мира, человека в нём, природы, духа… Что все взаимосвязано.

Фотопортреты: Эллия Уруджева

Журнал FUROR № 17

10850681_10152893738804732_2071902464_n

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s